Владиславу Ковалеву сегодня исполняется 26 лет
- 17.01.2012, 12:47
Приговоренному к смертной казни Ковалеву на день рождения передали открытки, письма и денежный перевод.
«Я надеялась, что мне позволят встретиться с ним в день рождения, но мое заявление о свидание обещали рассмотреть в течение 15 дней. Передача ему положена один раз в три месяца, этот лимит пока исчерпан, но деньги можно. Мы послали перевод, пусть в магазине купит себе что-нибудь вкусненькое», сказала Л.Ковалева «Интерфаксу».
По ее словам, «Владу написало много друзей, надеюсь, он получит эти письма».
Ковалева также сообщила, что получила ответ начальника главного управления по работе с обращениями граждан и юридических лиц администрации Лукашенко Станислав Буко, который уверял, что дело В.Ковалева и просьба о помиловании будут всесторонне изучены.
Сам Ковалев в своих письмах шутит, рисует смайлики, задает много вопросов и пишет, что у него нет календаря на 2012 год.
В письме матери он интересуется, сколько дней в феврале. «Страшно подумать - живу в самом центре столицы», - пишет Владислав.
«Он нас поддерживает, пытается поднять нам настроение. Что у него на душе, можно понять, но письма у него оптимистичные», - рассказывает «Еврорадио» Любовь Ковалёва.
«За меня переживать не нужно. Все в порядке. Условия хорошие. Сыт, одет, книжки читаю. Мама, привет тебе! Люблю, целую, обнимаю! Держись там. Не переживай. Мы справимся», - пишет Владислав.
Он просит прислать фотографии квартиры и комнаты, а также друзей и родных:
«У меня тут все есть, только вас не хватает. Не в том смысле, чтобы вас сюда, а просто, чтобы видеть, что вы со мной :)»
После вынесения приговора Владислав прислал домой одно короткое письмо:
«У меня все хорошо. Чувствую себя отлично. Рад был вас всех повидать. Мама, посылку мне отдали. Большое спасибо. Передавайте привет родным. Большое спасибо за поддержку. Мне это очень помогает».
После жалоб Любови Ковалёвой начали приходить письма, все с печатью «проверено».
«По письмам, он как будто не в камере для смертников, а в санатории. Поэтому такие письма нам отдают. Писать он начал с 16 декабря. После того, как я начала жаловаться в прокуратуру, суд, КГБ, о том, что я не получаю писем, и что над ним продолжают издеваться. Постоянно наручники, ограничения во всем. Единственное, что можно, это писать и получать корреспонденцию. Я ему послала газета на февраль и два кроссворда», - говорит женщина.
«Мама, а что там по свиданиям? Ты говорила, что разрешили три свидания. Ждать мне вас еще в гости? О том, что передача мне разрешена раз на три месяца я знаю - мне сказали. В закупке мне можно писать то, что и раньше. Я обычно пишу яблоки, помидоры, огурцы (это - когда бывает, когда - нет), колбасу, печенье овсяное, шоколад, зефир, сыр, вафли, воду минеральную, ну, и зубную пасту», - пишет Владислав.
В письмах Ковалёва друзьям тоже в основном личное.
«О себе абсолютно ничего не пишет, - говорит друг Ковалева Сергей. - Спрашивает, какие у меня планы, говорит, что о своих напишет позже. Пишет, чтобы не волновались. Пишет, что все нормально, естественно. Он понимал, что письмо дойдет, если там не будет ничего лишнего и обязательно будет написано, что у него все нормально. А что может быть нормально, если сидит в одиночной камере?»