Андрей Дахний: Германия долгое время пребывала в тени
- 21.10.2026, 10:32
Теперь ее лидерство должно проявиться.
«Альтернатива для Германии» (АдГ), представителей которой связывают с Кремлем, набирает силу и победила на выборах в двух федеральных землях — Саксония-Анхальт и Мекленбург — Передняя Померания.
Смогут ли традиционные партии удержать власть? Как Берлин должен отвечать на растущие гибридные угрозы со стороны России?
Об этом сайт Charter97.org поговорил с германистом, заведующим кафедрой истории философии Львовского национального университета имени Ивана Франко, доктором философских наук, доцентом Андреем Дахнием:
— В чем феномен стремительного роста АдГ?
— Тут надо говорить о глубоких вещах. Миграционная политика и многое из того, что делалось в последние десятилетия, как мне кажется, привели к тому, что среднестатистический немец почувствовал себя в чем-то ущемленным. В АдГ хорошо спекулируют на этих ксенофобских настроениях, которые, безусловно, существовали всегда. Они были приглушены, но никуда не исчезли. В моем понимании это частный случай глобального процесса, который происходит во всем мире. Люди хотят получать простые ответы на сложные вопросы. Мы наблюдаем волну популизма, и Германия здесь не является исключением. Важную роль в этом играют и социальные сети.
Кстати, я мог бы перефразировать известную фразу Маркса и Энгельса из «Манифеста Коммунистической партии». В начале, если вы помните, говорится: «Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма». А здесь, мне кажется, можно сказать: «Призрак бродит по миру — призрак популизма».
Партия «Альтернатива для Германии» очень хорошо использовала этот популистский тренд. Традиционные партии во многих странах теряют влияние, а популисты набирают силу. Это происходит во Франции и других странах Европы, но не только в Европе. Безусловно, это многим угрожает.
Есть еще один показательный пример, касающийся традиционных партий. Если вы помните, когда канцлером был Олаф Шольц, в Германии существовала коалиция, так называемый «светофор». В нее входили три партии, одной из которых была Свободная демократическая партия — ФДП, Freie Demokratische Partei. Очень показательно, что она не прошла в Бундестаг и перестала быть парламентской партией. Это еще одно свидетельство того, как традиционные партии теряют влияние.
— Чем усиление этой силы угрожает Германии и единству ЕС?
— То, что АдГ стала лидирующей партией в опросах, побеждает на местных выборах, безусловно, представляет большую угрозу, в первую очередь для Украины. Как вы знаете, украинская бюджетная сфера, по большому счету, держится на средствах Европейского союза, а Германия является одним из главных доноров. АдГ настаивает на том, что помощь Украине необходимо сократить или вообще приостановить. Поэтому усиление этой партии угрожает и нам, украинцам, и единству Европейского союза. Это банальная констатация, но ее также необходимо отметить.
— Сможет ли АдГ изменить курс Берлина или Германия сохранит жесткую поддержку Киева?
— Канцлер Фридрих Мерц достаточно последователен в поддержке Украины. Его последние заявления не стали исключением. Все, безусловно, зависит от настроений в немецком обществе.
Процессы, которые сейчас происходят во Франции, Италии и Бельгии, вызывают у меня нарастающую тревогу: не перебросятся ли эти настроения на Германию? Это было бы очень плохо, но, слава Богу, пока подобного не наблюдается.
В любом случае все будет зависеть от немецких избирателей. Коалиция Мерца достаточно шаткая. Если она распадется и состоятся досрочные выборы, это будет очень нехорошим сигналом.
Тем более во Франции пройдут президентские выборы, а вероятность прихода к власти Марин Ле Пен очень велика. Если нечто похожее произойдет в Германии и изменится коалиция, которая сейчас активно поддерживает Украину, то АдГ станет рьяной сторонницей изменения курса. Ничего хорошего это не сулит. В итоге все решат немецкие избиратели. Для украинцев очень важно, чтобы нынешняя коалиция удержалась хотя бы до очередных выборов. Пока они должны состояться только через несколько лет, АдГ точно не придет к власти. Но если общественные настроения изменятся и пройдут досрочные выборы, ситуация станет гораздо сложнее и серьезнее.
— Россия усиливает гибридные атаки на Германию. Как Берлин должен отвечать на провокации Кремля и как будет действовать в случае прямой агрессии против страны НАТО?
— Как Германия будет действовать? Как вы понимаете, многое зависит от единства НАТО и позиции Соединенных Штатов. Сейчас в Америке все очень напряженно, и сложно что-либо предугадать. Германия, как я понимаю, слишком долго раскачивалась и наращивала свой военный потенциал и возможности военно-промышленного комплекса. Какие-то процессы идут, но достаточно медленно.
Поэтому сложно сказать, насколько Германия будет готова отразить возможную агрессию. Пока такой уверенности нет. Но на отдельные провокации немцы уже реагируют: принимают меры и выступают с заявлениями.
Мне кажется, необходимо усиливать меры безопасности. В Германии живет много выходцев из Советского Союза, а также людей, которые симпатизируют Путину. Здесь надо отдельно смотреть социологию, но, мне кажется, таких людей достаточно много. В Германии также немало скрытых и открытых агентов российского влияния. Поэтому бдительность очень важна.
Эти провокации, наверное, будут продолжаться и расширяться. Большое значение имеет медийная составляющая. Многое зависит от того, насколько активно российские фабрики троллей продолжат действовать в Германии.
В последнее время произошли атаки на дата-центры «Яндекса», после которых количество троллей немного уменьшилось. Это тоже важно. Жители Германии могут иметь немецкие паспорта, но при этом продолжать находиться под влиянием Russia Today и подобных ресурсов. Такие люди могут способствовать проведению подобных провокаций.
Атака на аэропорт в Лейпциге — лишь один случай. Я думаю, подобных эпизодов может быть гораздо больше. Тем более мы начинали разговор с АдГ. Это сила, которая достаточно открыто поддерживает политику Путина.
Даже среди коренных немцев, а не только среди выходцев из Советского Союза или России, достаточно людей, симпатизирующих Путину. Медийная сфера должна показывать реальное положение дел и реальные угрозы, которые исходят от России.
— Германия десятилетиями оставалась прежде всего экономическим мотором ЕС. Готов ли Берлин теперь стать главным военно-политическим лидером Европы и какой будет новая роль Германии в меняющемся Евросоюзе?
— Мне, конечно, сложно судить, что будет и останется ли Германия лидером. Во всяком случае, в экономическом отношении она по-прежнему остается ведущей страной. Для Украины Германия является важнейшим донором во время войны. Она была и, мне кажется, остается экономическим мотором Европы.
Однако здесь необходимо учитывать три фактора. Первый — немецкий автопром, который сейчас находится не в лучшем положении. Здесь очень важна конкуренция со стороны Китая. Второй фактор заключается в том, что экономика Германии долгое время развивалась в том числе благодаря дешевому российскому газу, которого в последние годы уже нет. Третий фактор, который особенно сильно подрывает экономические позиции Германии, — политика Соединенных Штатов и снижение их военной поддержки Европы, в том числе Германии. Поэтому Берлину приходится направлять большие средства не на здравоохранение, образование и культуру, а на военные цели и развитие ВПК.
Эти три фактора сыграли негативную роль. Германия несколько ослабла как экономический лидер. Я не экономический эксперт, но, судя по тому, что читаю, это все-таки самая сильная экономика Европы, особенно если сравнивать ее с французской или британской. Она по-прежнему неплохо функционирует.
Другое дело, что в политическом отношении Германия долгое время пребывала в тени. Мне кажется, теперь ее лидерство должно сильнее проявиться именно в политической сфере. То, что сейчас делает канцлер Мерц, вызывает у меня симпатию. Украинцы активно поддерживают его действия. Если сравнивать Мерца с нерешительным Олафом Шольцем, то он нам более симпатичен. Мы помним, как Шольца называли: zögerer, то есть человек, который постоянно медлит и не решается. Мерц, как мне кажется, выглядит более решительным лидером.