Офицер ВСУ: Только удары по Москве остановят атаки на Киев

• 6.10.2026, 13:36

Россия должна понимать цену каждого удара по украинской столице.

Россия начала системно атаковать мосты через Днепр в Киеве. Под удар попали не только элементы логистики, но и гражданские объекты столицы, по которым ежедневно перемещаются тысячи людей.

Зачем Россия целенаправленно бьет по мостам, которыми пользуется гражданский транспорт? Об этом сайт Charter97.org поговорил с военным экспертом, майором запаса Национальной гвардии Украины Алексеем Гетьманом:

— Российские оккупанты аргументируют это тем, что по этим мостам якобы перемещаются военные машины, и таким образом они пытаются ухудшить логистику. Мол, левый берег останется без всего, что необходимо для ведения боевых действий. На самом деле они пытаются создать проблемы в Киеве, чтобы максимально дестабилизировать ситуацию. Этому есть и другие подтверждения. Например, они запускают «Шахеды», которые якобы атакуют военные объекты, но делают это в течение всего дня, чтобы по 15–18 часов в Киеве продолжалась воздушная тревога.

Это желание дестабилизировать ситуацию в городе. Во время воздушной тревоги закрываются государственные учреждения, поликлиники, многие другие объекты, которые необходимы людям, даже магазины.

Поэтому верить рассказам россиян — себя не уважать. Это попытка надавить на население, чтобы расшатать ситуацию изнутри. Другого объяснения тут нет.

— Чем эти удары грозят Киеву и Украине в целом? Может ли Кремль попытаться «разрезать» столицу или даже всю страну по Днепру?

— Такая мечта у них есть: полностью уничтожить все мосты через Днепр, чтобы разделить левый и правый берега Украины. Пусть мечтают дальше. Попытки будут, но не получится. Во-первых, мы будем защищать их более активно. Во-вторых, у них практически нет такой возможности. Желание будет, но на войне как на войне.

— Удары по мостам называли своеобразной красной линией. Как Украина может ответить? И насколько важен в этом контексте Крымский мост и другие ключевые объекты российской логистики?

— Нет никакой красной линии. Что это за пять лет полномасштабной войны какие-то красные линии? Россияне ведут боевые действия так, как считают нужным. Тем более Путин сказал, что не надо придерживаться правил ведения войны. Путин призвал свои вооруженные силы не придерживаться правил войны, а это значит — совершать военные преступления.

Есть правила и традиции ведения войны. Любой отход от них — это и есть военные преступления. То есть Путин призвал свои вооруженные силы совершать военные преступления. Они делают максимально то, что могут. Какие еще красные линии? Пять лет войны, какие еще красные линии?

Крымский мост уже не играет такой роли, как в самом начале. Надо будет уничтожить — уничтожим. Все почему-то зацикливаются на этом Крымском мосту. Нам от этого в Киеве станет легче, если его не будет? Нам надо сделать так, чтобы уменьшить вред от российских атак и уменьшить желание россиян атаковать нашу столицу. Для этого надо наносить максимальные удары в ответ.

То, что было этой ночью: удары по Москве, Санкт-Петербургу, другим крупным городам — это симметричный ответ на действия россиян. Он заставит их задуматься, стоит или не стоит атаковать, например, Киев.

Удар по Киеву — удар по Москве. Мощный удар по Киеву — еще мощнее удар по Москве. Это элементы сдерживания и симметричного ответа.

Других вариантов нет. Договориться: «Давайте не будем», «давайте по-доброму, по-нежному»? Еще раз: пять лет идет война. Война на уничтожение. Полномасштабная война.

Какие аргументы, какие красные линии? Бить максимально. Наносить максимальный вред врагу. Во время войны должна быть не любовь к врагу, а ненависть. Должна быть ненависть к врагу и желание нанести ему максимальный вред. Когда армия руководствуется такой логикой, это ведет к победе.Любая другая логика: «давайте обнимемся, поцелуемся, братские народы» — ведет к поражению.

Еще раз: во время войны к врагу надо испытывать ненависть, а не толерантность. К сожалению для нас, до многих граждан Украины это уже дошло. Хотелось бы, чтобы это скорее дошло до наших европейских партнеров, которые продолжают вести какие-то миролюбивые, миротворческие разговоры: «А давайте, чтобы не было эскалации». Какая еще эскалация?