Известный экономист предсказал падение России вслед за ее экономикой
- 12.02.2026, 11:53
Путин уже вынужден урезать бюджетные расходы.
Российская экономика стремительно скатывается в системный кризис. Дефицит бюджета растет, Фонд национального благосостояния тает, нефтяная модель рушится, а банки держатся на экстренных вливаниях.
Почему Россия возвращается в период 1990-х и чем это обернется для простых людей? Об этом профессор экономики Игорь Липсиц рассказал в интервью YouTube-каналу журналиста Евгения Киселева. Сайт Charter97.org приводит самые интересные фрагменты разговора.
Экономист Игорь Липсиц обращает внимание на огромный дефицит в бюджете России. Минфин РФ, по его словам, уже три месяца урезает расходы:
— История любопытная. За январь потрачено примерно 1,9 трлн рублей. Действительно, меня иногда удивляет поведение некоторых коллег, когда, скажем, экономист Сергей Алексашенко написал, что «Минфин РФ совершил чудо», он ухитрился удержать дефицит бюджета в размере 5,7 трлн рублей, хотя некоторые эксперты (понятно, что намекает на меня) обещали 7,8.
А там, где обычно он ставит точку, другие люди, которые являются учеными, начинают выяснять, откуда эта «радость пришла». И тогда выясняется, что Минфин РФ, несмотря на то, что вы назвали такую цифру, уже несколько месяцев проводит негласный секвестр бюджета. Напоминаю, что такое секвестр: это когда бюджет утвержден, прописаны какие-то расходы, обещаны какие-то выплаты, а государство говорит: у меня денег нет — и отказывается от своих обязательств, что-то не платит, урезает.
Минфин РФ уже почти три месяца не платит то, что он должен платить, урезает расходы. Есть такое ощущение, что они чувствуют впереди страшную беду, уже сейчас режут расходы, не платят тем, кому должны были платить по утвержденному бюджету. За счет этого российские власти удержали дефицит в размере 5,7 трлн рублей, хотя считать это чудом довольно странная история, потому что на 2025 год был утвержден изначальный дефицит 1,3 трлн рублей, а по факту он оказалось 5,7 трлн рублей.
На самом деле Минфин перешел к экономии расходов, но ведь за все надо платить. Экономика — такая страшная наука, она говорит: за все надо платить. Ничего не бывает просто так.
Поэтому если Минфин не платит те деньги, которые были обещаны, не финансирует те расходы, которые были гарантированы, эти расходы не оплачиваются, заказы не подкрепляются деньгами. Это значит, что дальше Россию ждет обвал производства, а вместо какого-то одного процента роста, который там с трудом извлекли из Росстата и подарили Путину, сейчас мы, похоже, увидим довольно сильное падение по экономике.
Экономист считает, что первыми проблемы почувствуют российские бюджетники:
— Когда государство перестает платить, то сначала возникают проблемы с надбавками для зарплат медиков, учителей. Потом вдруг выясняется, что какие-то крупные госкорпорации не получили деньги от бюджета. А эти госкорпорации, не получив деньги от бюджета, который неожиданно стал отказываться платить (хотя обещал и должен был заплатить), не платят своим поставщикам. А поставщики, не получая денег от крупных госкорпораций, начинают увольнять людей. И люди оказываются без заработка.
Это та ситуация, в которой российская экономика уже находится. И дальше это будет проступать в новостях все сильнее и все страшнее. Уже видим, что идет рост неплатежей по заработной плате. По сумме это пока абсолютно мизерная величина, даже несерьезно говорить, но динамика очень быстрая. Все начинается с первого шага, а потом идет по нарастающей. Вдруг выясняется, что масса людей живет с задержками зарплаты. Так было в 90-х годах, и это как раз один из симптомов того, что я говорил: Россия вернется в 90-е по очень многим признакам, симптомам и процессам.
Россия вернулась к неплатежам. Неплатежи превратились в задержки заработной платы. Будем ждать, когда начнется задержка выплат пенсий. Это тоже не за горам, потому что пенсионные выплаты в России из Социального фонда подстраховываются государством, а государство подстраховывается Фондом национального благосостояния. А он тоже сейчас активно тратится. И поэтому возникает такая ясная перспектива, когда людям начнут задерживать выплату пенсий.
Евгений Киселев вспоминает, что в 1991-1992 годах зарплаты в России выплачивались вовремя, а вот в 1994–1995 годах задержки выплат стали нормой. Всего несколько лет отделяли страну от аккуратных выплат до полного их срыва. На это экономист Игорь Липсиц отвечает:
— Тогда было другое отношение к заработной плате, к работнику. Это все-таки еще была некая инерция Советского Союза — страны, где «правит трудящийся», где «все ради трудового человека». Как трудовому человеку не выплатить зарплату? Это все было уничтожено огнем 90-х годов, сейчас в России отношение к выплате работникам настолько циничное, что этот переход произойдет значительно быстрее.
А запас у России исчезает. Россия, очень забавно, в ноябре устами министра финансов Антона Силуанова клялась и божилась, что они Фонд национального благосостояния (ФНБ) трогать не будут. «Вот гадом буду, зуб даю, что не будем трогать ФНБ», — говорил министр финансов.
Пришел 2026 год, и зуб у него надо вырывать, и не один, а много, потому что тратит он вплотную. За последнее время Минфин начал продавать валюту из ФНБ, потому что нет доходов у бюджета и нужно затыкать дыры. Валюта из ФНБ продается довольно активно.
Уже сейчас довольно много денег из ФНБ поместили на депозиты в крупнейшие российские банки, чтобы дать им деньги. Видимо, уже притока денег от населения не хватает, чтобы покрыть проблемы с капиталом этих банков. И из ФНБ взяли, по-моему, 450 млрд рублей, положили на депозиты, чтобы эти крупные банки не упали. Удержатся ли они — не знаю, сказать не могу. Ситуация становится все более трагичной.
Есть чудесная строительная компания «Самолет», которая «великолепно» управляет бизнесом. И как вы знаете, на этой неделе «Самолет» пришел в правительство, попросил 50 млрд рублей на спасение и готов отдать контрольный пакет, лишь бы ему дали хоть какие-то деньги. А за «Самолетом» стоят банки. Потому что все жилье, которое «Самолет» не может продать, построено на кредиты банков. Раз «Самолет» не может продать жилье, то банки не могут вернуть деньги. Подобное было у нас накануне кризиса 2008 года.
Но в 2008 году можно было найти деньги. Тогда Путин был богат, тогда у него были нефтедоходы. И он раздавал деньги кому нужно, за счет этого поддержал «правильных» людей.
Помните, было такое понятие «системно значимый банк»? Им давали деньги. Системно значимым компаниям давали. Остальным — нет. Но сейчас-то у Путина денег на это нет.
Евгений Киселев спрашивает, насколько сократились поступления в бюджет от нефти и газа. Игорь Липсиц приводит шокирующие цифры:
— По сравнению с прошлым годом — в два раза. Впечатляет? И перспектив хороших нет. Обратите внимание, что Индия оказалась девушкой неверной, начала «гулять на сторону» и сокращать российские закупки. Потому что на нее очень сильно надавили, а Индия — это вам не Китай.
Я ведь все время говорил: если вы хотите, чтобы Индия перестала покупать российскую нефть и газ, нужно Индии дать какую-то компенсацию, какой-то подарок сделать девушке. США ее стращали пошлинами — Индия не отказывалась от российской нефти. А тут, наконец, до Трампа дошло: девушке предложили подарок в виде сокращения пошлин на поставки в США. И девушка сказала: да, теперь я больше русского любить не буду, буду покупать венесуэльскую нефть. А это для России страшная беда, мы говорим о двукратном падении доходов. Может быть, и больше. Потому что Индия брала 35–40% всей экспортированной из России нефти.
Если теперь она не будет брать, то России девать нефть практически некуда. Или надо давать Китаю такие скидки, которые страшно даже упоминать. Уже звучит информация, что в Китай уходит партия нефти по цене 25 долларов за баррель.
Если пересчитать в доллары 1998 года — это примерно 10–12 долларов, тот самый уровень, при котором в 1998 году в России случился дефолт. Кроме Китая девать нефть некуда.
Евгений Киселев дополняет, что когда-то экс-премьер России Михаил Касьянов рассказывал о приезде в Москву венесуэльского правителя Уго Чавеса. Последний говорил ему о ценах на нефть: «Михаил, 25 за баррель — это наш Сталинград. Мы не должны опускаться ниже». Липсиц продолжает рассказ о кризисе российской нефтянки:
— Уже сейчас мы говорим, что часть российских месторождений убыточна. И когда ты об этом говоришь, люди отвечают: да ладно, такого быть не может, чтобы нефтянка была убыточной. «Глупости вы говорите, профессор». Не глупости я говорю. В России издержки добычи нефти на многих месторождениях — 40–45 долларов. Посмотрите, об этом говорят даже представители нефтяной промышленности. Поэтому 25 долларов — это катастрофа, мы торгуем нефтью в убыток.
Я ничего никогда не придумываю, лишь анализирую факты. Посмотрите: к вам в правительство пришел «Лукойл» — вторая по размеру нефтяная компания России, и тоже пришел просить деньги. Точнее, он попросил снизить ему налогообложение, сократить налоги. Не государство хочет забрать дополнительные налоги с «Лукойла» и пополнить бюджет — там забирать нечего, теперь «Лукойл» пришел просить, чтобы ему снизили налоги, иначе будет беда.
То есть у вас «Самолет» пришел — крупнейший девелопер России. У вас пришел «Лукойл» — вторая по размеру нефтяная компания России. У вас пришла Ассоциация металлургической промышленности России — просить снять акциз на жидкую сталь. Ситуация такая, что крупнейшие опоры российской экономики приходят в бюджет и говорят: край, снимайте налоги, иначе мы будем банкротиться. А государство в этот момент собирается им налоги повысить без всяких шуток. Потому что сейчас в правительстве такая дыра в бюджете, что обсуждается повышение платы для черной металлургии за загрязнение окружающей среды.
Государство находится в состоянии истерики. Ему нужны деньги. И там, где нужно давать налоговые льготы, оно пытается налоги повысить. Но, как вы понимаете, чем это закончится, предсказать не очень сложно.
Евгений Киселев обращает внимание на выражение «точка надлома», использованное экономистом в Telegram. Он также ссылается на публикацию The Washington Post, где говорится, что военная экономика России, накачанная инвестициями и выплатами завербованным на фронт, может войти в кризис через три–четыре месяца. По данным издания, об этом Путина предупреждают люди из его окружения. Киселев просит оценить возможный сценарий и признаки надвигающейся катастрофы.
Липсиц рассказывает, как может выглядеть этот кризис:
— Начнутся довольно массовые банкротства крупных компаний, затем — кризисная ситуация в крупнейших банках России. Будет попытка вкладчиков забрать деньги из банков — то, что называется «набег на банки», «bank run», есть такой английский термин. Им деньги не отдадут, будут введены ограничения на выдачу денег из банков — «в целях стабилизации банковской системы Российской Федерации и защиты денежных средств вкладчиков».
Можете потом проверить, совпали ли мои слова с тем, что напишут Минфин и Центральный банк. Поэтому начнутся ограничения по выдаче денег — просто потому, что иначе рухнут банки.
Мне говорят: банки не могут рухнуть, у нас в России резервная система. Я обожаю людей, которые полуграмотны экономически, но считают необходимым меня регулярно поправлять. Объясняют, что я что-то не понимаю в экономике. Да, в России резервная система, да, российские банки резервируют, да, есть система частичных резервов. Читайте учебник экономики — там все объясняется. Но дело в том, что этих резервов не хватит на все банки.
Да, есть несколько фондов спасения российских банков: Агентство по страхованию вкладов, есть фонды кризисных ситуаций. Все правда, все так и есть, но они способны спасти один, два, максимум — три крупных банка. Если начнут сыпаться десять крупных российских банков, денег не хватит.
Что произойдет тогда? Естественно, никто не даст банкам упасть. Это понятно. Но тогда им дадут стабилизационные кредиты. То есть Центральный банк России напечатает огромное количество триллионов рублей, чтобы дать банкам эти деньги. Просто поймите: в российских банках лежит 67 трлн рублей. Значит, если хотя бы каждый четвертый захочет забрать свои деньги, то нужно будет выдать примерно 15 трлн рублей. Таких свободных денег у банков нет. Значит, эти 15 трлн придется напечатать.
Это будет означать, что в экономике появится дополнительная денежная масса, произойдет резкий скачок инфляции, может начаться гиперинфляция. Вот так выглядит дорожка: у «Самолета» кончаются деньги, у черной металлургии кончаются деньги, у «Лукойла» кончаются деньги, у РЖД и так далее: куда ни ткнешь — всюду беда.
Россия совершает самоубийство, она убивает свою экономику, а когда «убивается» экономика — умирает и страна. Я очень четко формулирую свою позицию и никак ее не скрываю: считаю, что Россия с помощью российско-украинской войны совершает самоубийство. А дальше, когда рухнет экономика, рухнет и страна — как рухнул Советский Союз.
Киселев говорит, что коммунальная инфраструктура Украины находится в тяжелейшем состоянии из-за постоянных ударов ракет и дронов: люди остаются без света и тепла, города выглядят как декорации к антиутопии. При этом перебои с электричеством и ЖКХ уже происходят и в России. Есть ли между этим прямая связь?
Экономист считает, что связь есть:
— На самом деле Россию надо было лет пять назад закрыть на капитальный ремонт. Страна крайне изношена, старенькая, очень сильно дефектная.
Ее нужно было остановить, закрыть и все зарабатываемые деньги направить на ремонт инфраструктуры для жизни. Если бы это было сделано, в этой стране можно было бы нормально прожить еще до конца XXI века. Вместо этого стали готовиться к войне, потом начали войну — и все деньги ушли туда, причем не только сегодняшние, но и завтрашние.
Беда в том, что россияне не понимают: они угробили свое будущее на пару поколений вперед. Они не просто потратили огромное количество денег на войну — они увеличили государственный долг, потеряли главные источники дохода — европейский нефтяной и газовый рынки. И теперь Россия на поколение вперед обречена беднеть и превращаться в нищую, убогую территорию с невозможностью нормально выживать.
Россия — страна с крайне изношенной инфраструктурой, починить ее теперь уже никогда не удастся. Я знаю, слово «никогда» раздражает людей, но поймите простую вещь: на горизонте двух поколений, то есть примерно 50 лет, Россия не сможет восстановить свое коммунальное хозяйство. Просто потому, что для этого нужны деньги, которых у России уже никогда не будет.