Лукашенко обманул белорусов с бензином

• Алексей Мазартов, «Белорусы и рынок»
• 4.04.2026, 20:33

Где Мозырский завод, а где Ормузский пролив?

С 28 марта топливо, бензин и дизель в Беларуси подорожали на четыре копейки. С 4 апреля цена вырастет еще на три. Казалось бы, все логично. Мировые цены на нефть идут вверх, соответственно у белорусского бензина нет другого выхода, кроме как пойти тем же маршрутом. Но, на самом деле, мировые цены на нефть тут почти ни при чем.

Почему дорожает топливо

«С учетом глобального роста котировок на нефть и нефтепродукты на мировом рынке и, как следствие, роста цен на нефть для белорусских НПЗ а также увеличения логистических издержек, концерн «Белнефтехим» проводит поэтапную корректировку розничных цен на автомобильное топливо», - заявил Белнефтехим, анонсируя подорожание.

Объяснение кажется логичным. Но стоит только посмотреть на ситуацию с ростом цен вооруженным глазом, и понимаешь, что все не так просто. Вот буквально недавно, две недели назад, Александр Лукашенко рассказывал, что он заключил выгодное соглашение с Путиным и поэтому для Беларуси цена на нефть в ближайшее время меняться не будет.

«Мы давно заключили с россиянами договор по довольно низким ценам. Они не повысятся. Значит продовольствие и прочее у нас будет дешевле, спрос растет − мы можем продать», - говорил Лукашенко своим журналистам 13 марта.

То есть, глобально цены, конечно, выросли. Но для Беларуси получается нет. Потому что заключен договор по довольно низким ценам, которые расти не будут.Спрашивается, почему дорожает белорусский бензин.

А еще, конечно, хочется спросить про вот этот пассаж об увеличении логистических издержек. Ну да, Ормузский пролив перекрыт. Но в Беларусь нефть через Ормузский пролив не возят. Где Мозырский завод, а где Ормузский пролив?

Вряд ли специалисты Белнефтехима настолько плохо знают географию. Поэтому, когда Белнефтехим заявляет про увеличение логистических издержек, он имеет в виду не трудности с доставкой нефти. Он имеет в виду совсем другое.

Мы рассказывали о том, что Объединенные Арабские Эмираты являются таким хабом, через который Беларусь продает свое топливо в дружественные страны Азии и Африки. А с бомбежками Ирана, с перекрытием пролива, надо искать новый хаб. То есть, логистические издержки для Белнефтехима действительно выросли. Только не на закупку нефти, а на экспорт Белнефтехимом бензина и дизеля, которые производятся из этой нефти на белорусских НПЗ.

Поэтому когда Белнефтехим поднимает сейчас цены на топливо на своих заправках, он это делает не для того, что компенсировать рост цен на нефть на мировых рынках. Он делает это, чтобы за счет внутреннего рынка, за счет белорусов, компенсировать потери своей прибыли от поставок топлива на внешние рынки.

И на самом деле в этом нет ничего нового. На самом деле Белнефтехим постоянно так делает – повышает цены для белорусских покупателей, когда начинает терять экспортные доходы.

Это уже было

Вспомните 2021 год, когда цены на топливо в Беларуси повышали тридцать раз. А тогда никакого роста мировых цен на нефть не было. Наоборот, эти цены были наммноголетних минимумах.

А на самом деле в 2021 году цена российской нефти почти сравнялась с ценой нефти сорта Brent. А белорусские НПЗ получают сверхдоходы за счет этой маржи. Они покупают более дешевую российскую нефть, а топливо, сделанное из этой нефти, продают уже по мировым ценам. Маржа исчезла, и экспорт белорусских нефтепродуктов стал не таким прибыльным как раньше.

А сейчас кроме того, что с экспортом возникли логистические проблемы, еще и повторяется эта ситуация 2021 года. Только все хуже, чем было в 2021 году. Потому что тогда скидка была минимальной, но все же Brent стоил дороже, чем российская нефть. Но война в Иране перевернула все с ног на голову.

Мировые цены на нефть росли, но цены на российскую нефть росли еще быстрее. На прошлой неделе разница в цене на азиатских рынках составляла 5 долларов. Но уже в пользу российской нефти. Во вторник маржа выросла до 8 долларов. В четверг на некоторых площадках Urals торговали по 123 доллара за баррель. Brent при этом стоил чуть дороже ста.

Сейчас цены российской нефти выше мировых. То есть, там где у белорусских заводов были прибыли, теперь могут внезапно образоваться убытки. А это же вопрос государственный. А белорусское государство не любит терять свои доходы. Когда белорусское государство начинает терять доходы, оно компенсирует свои потери за счет белорусов. Потому что у белорусов все равно нет никакой фантазии. Все они потратят эти деньги на всякие глупости.

А у государства фантазия есть. Государство может потратить деньги на что-нибудь нужное. Например, на профилакторий для телят или еще один пеллетный завод.

Алексей Мазартов, «Белорусы и рынок»