КГБ против бормашины

• Ирина Халип
• 1.05.2026, 8:18

Страшнее политзека зверя нет.

Недавно встретила давнего приятеля. У него все, как у всех: арест, приговор, срок. Правда, на границу не вывозили и из страны не выдворяли – вышел сам, отсидев «от звонка до звонка». И уехал сам. Вернее, сначала радовался, что остался дома, с паспортом вместо справки. Но вот жить дома оказалось невозможно.

Дело в том, что приятель мой, как и многие политзаключенные, был после суда включен в список террористов. А жизнь при таком знаке почета – задачка не просто со звездочкой, а со всеми мириадами звезд на бесконечном небосклоне.

Телефон его, разумеется, был конфискован. Оформить новую сим-карту – нельзя: сотовым операторам запрещено продавать сим-карты тем, кто в списке. Старую сим-карту, существовавшую задолго до ареста и включения в список, восстановить тоже нельзя. «Простите, мы бы рады, но вы же сами все понимаете».

Про открытие счета в банке, думаю, и говорить не стоит – запрещено. У террориста не может быть счета и банковской карточки. Пытаясь собрать жизнь по кусочкам, приятель в конце концов пошел в тот банк, где у него был счет с незапамятных времен. И с тех самых времен там что-то около двухсот долларов и оставалось. Нельзя иметь счет – ладно, пусть просто вернут деньги. Но в банке замахали руками: «Вы что, мы никак не можем вернуть вам деньги, нам с вашим счетом нельзя вообще никаких операций производить, он заблокирован и в таком виде должен оставаться всегда!» Ну, вообще-то формально – не навсегда, а до исключения человека из списка террористов, но усталые банковские работники понимают, что это случится только после падения режима, а такое произносить на рабочем месте нельзя: можно отправиться туда, откуда приятель недавно вернулся.

Кстати, еще одна «звездочка» для любителей головоломок. За бывшими политзаключенными, естественно, устанавливается надзор. По условиям надзора они обязаны устроиться на работу. Иначе – рапорт об административном правонарушении. Два рапорта – статья 421 УК о нарушении требований надзора и новый срок. И так может быть до бесконечности. А теперь давайте представим себе, как «террорист» ищет работу. Можем даже исключить главное препятствие – присутствие соискателя в том самом списке. Предположим, мешки таскать или двор мести его бы и взяли. Но к нему в довесок на работу придется принимать еще и бухгалтера-кассира специально для работы с наличными. Потому что нигде в Беларуси кассиры уже не выдают купюры под роспись в ведомости. Зарплаты перечисляются на банковские счета. Нет счета – нет работы. Нет работы – нарушение. Нарушение – тюрьма. И так по кругу.

Приятель мой понял, что мечта вернуться из лагерей домой и жить в Беларуси, увы, неосуществима: не дадут жить. Он даже сходил к нотариусу и поинтересовался составлением завещания. Оказалось, что человек из списка террористов не может составить завещание: любые нотариальные действия с ним незаконны. Не то что завещание – обычную доверенность тоже запрещено оформлять, не говоря уже о заверении каких-либо сделок или документов. Если человек в списке террористов – он существует в Беларуси лишь как физическая оболочка, но не как гражданин с базовыми правами.

Что ж, приятель начал готовиться к отъезду. И получил отказ в визе соседней страны ЕС по формальному признаку: у него не было страховки. Потому что ни одна компания не смогла выписать ему страховку все по той же причине. Террористов не страхуют. Со второго раза визу дали – после долгих объяснений и апелляции. Правда, пытались отправить в банк оплатить консульские услуги, но у террористов даже квитанции в банке не принимают. Единственное место, где у измученного экс-политзека не возникло проблем, - граница. Ее он просвистел пулей. Как будто пограничники только того и ждали.

Впрочем, без всяких «как будто» - зачем тратить казенное топливо и возить людей на границу? Можно создать им такие условиях после выхода из тюрьмы, что сами билеты купят и поедут, даже если больше всего на свете мечтали бы остаться дома. Внести в список террористов – это значит поставить человека полностью вне закона. Он разве что в гастроном за кефиром может с наличными сходить – и больше ничего. Впрочем, где ему брать наличные? Так что сам уедет, без всяких угроз и провокаций.

По данным «Вясны», 744 человека из осужденных по политическим делам внесены в список террористов. Среди них, к примеру, – бывший владелец магазина с национальной символикой Павел Белоус, многодетная мать Елена Лазарчик, адвокат Анастасия Лазаренко, руководитель независимого профсоюза «Нафтана» Ольга Бритикова, православный священник Сергей Резанович, хирург-стоматолог Андрей Любецкий. Ну чистая «Аль-Каида», с которой, не щадя сил и рискуя жизнью, воюют невинные зайчики-побегайчики из КГБ и ГУБОПиКа. И священник Резанович в роли бен Ладена. Нет, лучше все-таки Любецкий – у него хоть бормашина есть.

Ирина Халип, специально для Charter97.org