Украина за считанные недели способна обнулить нефтепереработку РФ

• 19.08.2026, 6:59

Киев способен вынудить Москву пойти на переговоры.

Сейчас Россия производит лишь 27% бензина и 30,6% дизельного топлива от уровня апреля 2026 года — то есть от объёмов, существовавших до начала стратегической операции Украины по уничтожению российской нефтепереработки. В пересчёте на общий суточный объём потребления топлива в стране это составляет 30% и 65% соответственно. Об этом пишет российский экономист Вячеслав Ширяев.

По его оценке, остановив уже две трети перерабатывающих мощностей РФ, Киев за считаные недели способен вывести из строя и оставшуюся треть, вынудив Москву пойти на мирные переговоры. Это, как утверждает автор, хорошо понимают «бенефициары» путинского режима — владельцы крупнейших состояний в стране. Именно они возобновили вывод денег из российских активов, что обрушивает фондовый рынок и котировки госдолга: индекс ММВБ опустился примерно до 2000 пунктов, а индекс гособлигаций RGBI — до 113. Доходности гособлигаций вновь резко растут, а Минфин РФ фактически перестал проводить аукционы ОФЗ.

Ширяев утверждает: если сопоставить графики индексов ММВБ и RGBI с длиной очередей на автозаправках, становится очевидна закономерность — уязвимое место режима не в складах маркетплейсов вроде Wildberries, а в первичных установках нефтепереработки. Когда они простаивают, режим получает финансовую поддержку от своей «элиты»; когда снова запускаются — наблюдает, как испаряются триллионы рублей его рыночной капитализации. По мнению автора, пауза в ударах по НПЗ закрепила это понимание у украинских стратегов, поэтому полное уничтожение нефтепереработки — лишь вопрос времени: либо это приведёт к перемирию уже сейчас, в августе–сентябре, либо будет измождать агрессора вплоть до полной капитуляции весной-летом следующего года.

Автор приводит список заводов, работа которых, по его прогнозу, будет остановлена в первую очередь (с указанием текущих объёмов производства бензина и дизтоплива от нормы):

Московский НПЗ (бензин — 30%, дизтопливо — 50%);

Рязанский НПЗ (дизтопливо — 30%);

Уфимские НПЗ (бензин — 30%, дизтопливо — 30%);

«Пермьнефтеоргсинтез» (бензин — 40%, дизтопливо — 50%);

Самарские НПЗ (бензин — 10%, дизтопливо — 33%);

ТАНЕКО и ТАИФ в Нижнекамске (бензин — 20%, дизтопливо — 30%);

Омский НПЗ (бензин — 40%, дизтопливо — 50%).

Таким образом, по подсчётам Ширяева, речь идёт о восьми не до конца остановленных НПЗ — остальные заводы, по его данным, уже полностью прекратили работу. Отдельно упоминается «Киришинефтеоргсинтез», отремонтированный месяц назад, но пока не запущенный: если завод всё же введут в эксплуатацию — вопреки нежеланию «Сургутнефтегаза» — на карте появится девятая точка. Комсомольский НПЗ работает на 50% мощности, причём причина произошедшего там взрыва до сих пор не подтверждена независимыми аналитиками: версии расходятся между диверсией партизан и технической «усталостью» оборудования из-за отсутствия плановых ремонтов. Если подтвердится первая версия, автор не исключает полной остановки и этого объекта.

По итогу, как считает Ширяев, у Кремля в конечном счёте останутся лишь:

Ангарская нефтехимическая компания;

Ачинский НПЗ;

Яйский НПЗ;

Сургутский завод стабилизации конденсата.

Достать эти объекты дронами, по словам автора, пока невозможно. Однако он отмечает, что при отсутствии плановых ремонтов — а непрерывная работа «на пределе» в течение полугода технически невозможна — заводы могут выйти из строя сами либо при содействии партизан. В любом случае, суммарный вклад этих предприятий — около 4 тысяч тонн дизтоплива и 3 тысяч тонн бензина в сутки — составляет, по расчётам автора, лишь 3,5% от суточной потребности страны, то есть, по его выражению, «каплю в море».

Автор также анонсирует, что отдельно рассмотрит тему импорта топлива, отмечая, что, по его мнению, он не сможет ни спасти ситуацию, ни существенно облегчить положение российской экономики.