«Путина действительно могут повесить»

• 13.09.2026, 14:49

В России назревает кровавая революция.

Продолжение войны против Украины представляет большую угрозу для режима Владимира Путина в России, чем ее окончание без достижения минимальной цели, без полного захвата Донецкой области. Дело в том, что россияне настолько устали от войны, что будут согласны принять любую версию «победы», предложенную режимом. Вместе с тем затяжная война грозит Кремлю кровавой революцией, в результате которой Путина действительно могут повесить.

Наиболее логичный способ для Украины получить преимущество на поле боя – делать ставку на передовые военные технологии. Наиболее легкий способ избавиться от Путина – заинтересовать в его ликвидации личную охрану. Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZ.UA высказала российская оппозиционерка, признанная «иноагентом» в России Ольга Курносова.

– О том, что завершение войны для Путина опасно, говорят достаточно давно. Вместе с тем аналитики издания The Economist пришли к выводу, что это угроза не только для власти Путина, но и для его личной безопасности. По вашему мнению, действительно ли ситуация настолько серьезная, и Путин рискует поплатиться жизнью за решение остановить войну сейчас по линии разграничения? Либо речь идет исключительно об опасности для его эго как диктатора?

– Давайте начнем сначала. Если говорить, насколько сегодня опасно для Путина остановить войну, и как это можно подать обществу, то ответ простой: абсолютно не опасно. Большинство россиян настолько устало от войны, что они примут любое объяснение на ура. Главное, чтобы все это прекратилось. Если при этом черное будут называть белым и рассказывать, что Россия победила, потому что на самом деле НАТО хотело нас расчленить, но мы не расчленились и победили, все скажут: «да-да, конечно, все правильно, так и есть». Поэтому с этой точки зрения прекращение войны для власти Путина не представляет особенной угрозы.

Наоборот, продолжение войны представляет огромную угрозу для власти Путина, потому что сегодня отсутствуют все легальные формы протеста, когда даже беззубую партию «Яблоко» сняли с выборов. Люди не могут хоть как-то выразить свое отношение к происходящему, а раздражение и возмущение и даже ненависть продолжают накапливаться. Все это может привести только к тому, что в России может произойти очень кровавая революция. И вот тогда действительно Путина могут повесить, даже вверх ногами.

В этом смысле можно вспомнить о революционных событиях, которые раньше происходили в истории. Очень часто при жестких диктатурах, как, например, было в Румынии времен Чаушеску, между тем, когда власть казалась абсолютно монолитной, и ее обрушением и ликвидацией диктатора проходили считанные дни. На мой взгляд, такой вариант событий гораздо более вероятен, чем то, чего опасается Путин.

Что касается тех страшилок, про которые пишет The Economist, то, может быть, они и присутствуют в больном воображении Путина, но тут вопрос в том, кого сам Путин подразумевает под словом «они». Потому что мы прекрасно помним, что, когда произошло убийство Муаммара Каддафи (в октябре 2011 года, – Ред.), это произвело на Путина совершенно неизгладимое впечатление. С тех пор он жутко боится, что рано или поздно условный обобщенный Запад ровно так же поступит и с ним.

Поэтому в данном случае под словом «они» я не столько видела бы каких-то сильно радикальных зэтников, а тот самый обобщенный Запад, которого до судорог боится Путин.

– Грубо говоря, он боится скамьи подсудимых в Гааге?

– Ну, он может до Гааги просто не доехать. Буквально недавно умер Ратко Младич, который получил пожизненный срок в Гааге, но не в Международном уголовном суде, а в Специальном трибунале по бывшей Югославии. На мой взгляд, Специальный трибунал в случае Путина - гораздо более эффективная история, чем Международный уголовный суд.

– Возникает вопрос: почему Запад, имея столько рычагов влияния на режим Путина в России, до сих пор не применил их? В этом контекстеинтересное заявление в своей колонке для The Telegraph сделал Гарри Каспаров. Он дал список пяти ударов, которые должны быть нанесены западным миром: обеспечить полную защиту украинского воздушного пространства, немедленно передать Украине все необходимое оружие без задержек, вместо введения новых пакетов санкций обеспечить исполнение уже действующих, прекратить все дипломатические отношения с Россией и немедленно конфисковать российские государственные активы и использовать их для финансирования военных усилий Украины. По вашему мнению, может ли все это кардинально изменить ситуацию и заставить Путина прекратить войну?

– На мой взгляд, есть список из одного пункта, и это способствовать исчезновению Путина, не важно, с политической карты мира или вообще, это уж как пойдет. Я думаю, что существует достаточно много способов для того, чтобы заинтересовать разные группы, в том числе внутри России, в том числе внутри той же Федеральной службы охраны. Мне кажется, чем ближе человек находится к диктатору, чем более это личная охрана, тем проще это сделать. И этот план из одного пункта мне кажется самым действенным.

Что касается тех пунктов, которые вы перечислили, то какое-то движение по активам происходит. Буквально вчера (10 сентября, – Ред.) было принято решение на эту тему по ПАСЕ. Вопрос в том, насколько те страны, где эти активы находятся, готовы к этому. Как мы видим, Бельгия, например, от этого всячески отказывается и говорит, что никогда не согласится.

Что тормозит Запад? Совершенно понятно, что единственное, что Запад тормозит - это наличие у Путина ядерной кнопки. Из всего того перечня самая безопасная история, которая не приведет к мгновенному и окончательному съезжанию Путина с катушек, хотя, на мой взгляд, он давно уже с них съехал – это как раз история с активами.

А все остальное… Прекращение дипломатических контактов вообще может быть истолковано как объявление войны. Закрытие воздушного пространства? Мы помним, какие дискуссии шли по этому поводу в самом начале полномасштабной войны. Другое дело, что максимальная поставка оружия, в том числе истребителей – это тоже то, что может быть осуществлено.

Но, как мы прекрасно понимаем, проблема состоит в том, что долгое время, как и при позднем Советском Союзе, когда была разрядка, и потом, когда Россия была условно вменяемой стороной, всем настолько понравилось не тратиться на вооружение, что объективно сегодня у стран Запада гораздо меньше вооружений, чем это необходимо в сегодняшних обстоятельствах. И наращивание производства идет не так быстро, как нам бы хотелось. Поэтому есть объективные обстоятельства, почему нельзя быстро полностью насытить Украину оружием. Поэтому, на мой взгляд, гораздо эффективнее было бы максимально координировать усилия по современным видам вооружения.

Что я имею в виду? Мы видим, что Россия начинает опережать Украину по реактивным дронам. Поэтому главное – всегда иметь технологическое превосходство перед Россией. Потому что Россия, отрезанная железным занавесом от современных технологических разработок, не сможет опередить коллективный Запад по технологиям.

Поэтому, если современные разработки будут применяться на поле боя, то в достаточно обозримой перспективе мы увидим перевес, ведь все крупные войны, как мы знаем, приводили к резкому скачку технологии убийства. Извините за такое жесткое слово, но это правда. Поэтому, тот, кто первым достигнет технологического перевеса, тот и победит. А у Украины есть все возможности, так как на ее стороне коллективный Запад.

– Вы сказали, что большинство россиян настолько устало от войны, что примет любую версию Путина, который решит закончить ее. Тем не менее, мы видим, что тот же Медведев делает заявления, которые можно расценивать как моральную подготовку россиян к затяжной войне. Упор делается на милитаризацию общества. Зачем? Значит ли это, что режим не понимает тех процессов, которые происходят в обществе, не понимает, чего хотят россияне и к чему это может привести в конечном итоге?

– По поводу Медведева - надо понимать, что это не столько история внутренняя, сколько история внешняя. Путину очень важно сохранять в глазах Запада имидж не самого одиозного персонажа. Ему очень важно кого-то противопоставлять себе. Дескать, вот у нас есть вообще сумасшедшие люди, а я достаточно договороспособен.

Смотрите, у нас даже условный Трамп все время на это ведется и говорит, что Путин хочет мира, сделок, он все время хочет чего-то хорошего. Поэтому для Запада Путину чрезвычайно важно выстраивать именно такую картинку, что не он самый главный персонаж, от которого нужно избавляться, с которым вообще ни о чем невозможно договориться, что есть гораздо более плохие персонажи. Есть какие-то упоротые зэтники, как тот же Дмитрий Медведев, который, на минуточку, бывший президент, есть Лавров, который несет такую же околесицу и далее по списку. А Путин на этом фоне представляет из себя меньшее зло.

Это для него очень важная картина, которую он все время рисует. Поэтому я бы в этом смысле воспринимала Медведева исключительно как медийного персонажа и никак иначе. Это то единственное, чем он сейчас занимается и за что получает всякие ништяки от Путина.

– Вы сказали, что Путин «давно съехал с катушек». История с белыми медведями и касатками - это уже признак сумасшествия?

– Это вообще очень интересная история. Прежде всего, он рассказал это по мотивам просмотренного нейрослопа – после того, как он нам все время талдычил, что интернетом вообще не пользуется. Спрашивается, кто же ему это показал? Это одна история.

Вторая история тоже достаточно забавная. Все сомневались, кого он имеет в виду под касатками и кого он имеет в виду под медведями. При том, что белый медведь, именно белый медведь, не бурый, был на логотипе партии «Единая Россия». Посмотрите логотип партии, посмотрите картинки кампании 2011 года – «ни одного голоса партии жуликов и воров», там тоже ровно этот самый белый медведь, который был и на логотипе партии «Единая Россия». То, что под белым медведем Путин подразумевал именно Россию, это очевидно, но многие почему-то в это сразу не врубились. Поэтому понадобилось дополнительное объяснение с помощью Павла Зарубина, чтобы касаток подменить акулами капитализма или империализма.

Почему этот бред? С Путиным часто так бывает. В советское время была программа «В мире животных», которую вел известный, я бы сказала, мемный персонаж Дроздов. Но сейчас, мне кажется, Путин вполне бы мог вести «В мире животных», потому что у него всегда происходит что-то из «мира животных».

Но мы должны понимать, что с точки зрения пиара всегда считается очень выгодным использование либо детей, либо животных. Это такое программирование зрителя, потому что про животных слушать всегда гораздо интереснее, чем про людей.

Ну и последнее. Представьте, если он действительно так увлекся нейрослопами, может быть, и генеральный штаб во главе с Герасимовым ему показывает нейрослоповские наступления российской армии, поэтому он так уверен, что у него все хорошо?