«Английский в Японии вообще не спасет»

• 28.09.2026, 10:59

Белоруска рассказала, как переехала в Токио и построила карьеру в IT.

Ирина (имя изменено) живет в Токио и руководит оттуда отделом web-разработки в международной розничной сети. Свою историю она рассказала Devby.

«Пожалуйста, возьмите меня, иначе вы вообще меня потеряете»

— Вы работали и UX-инженером, и Frontend Developer, но карьеру начали, отучившись на гуманитарной специальности. Как вы попали в ИТ?

— Я очень люблю технологии и компьютеры и думала поступать на какую-нибудь радиотехническую специальность. Но меня пугали физика и математика, зато нравилось общаться с людьми. Как человек, который просто не до конца определился, я поступила на факультет психологии в один из минских вузов.

Во время учебы я откликнулась на вакансию в крупном маркетплейсе, который активно набирал специалистов по работе с клиентами. Подрабатывала там после учебы.

После университета меня отправили проходить практику. Там я работала с людьми, которые совершили тяжелые преступления. Мы должны были определить, есть ли у них признаки психических отклонений. Это очень сложная и тяжелая работа. И с точки зрения людей, с которыми там сталкиваешься (убийцы, педофилы и так далее), и с точки зрения бюрократии и всяких юридических вопросов. Много стресса, очень много несправедливости. Я не хотела оставаться в такой мрачной среде.

Но распределение — это распределение. Я должна была либо отработать два года в таком учреждении, либо найти что-то сама. И я пошла на переговоры в маркетплейс, в котором уже подрабатывала. Говорю: «У вас есть подразделение, которое обучает новых сотрудников, а у меня есть подходящее образование. Возьмите меня туда, иначе вы вообще меня потеряете». У меня действительно были очень хорошие продажи, мои звонки брали в качестве примеров для обучающих материалов. И мне ответили: «Да, конечно, ты очень ценный сотрудник».

Компания росла, набирала сотрудников, обучающий центр стал расширяться. В какой-то момент я предложила автоматизировать обучение, использовать для него аппку, которая позволяла новым сотрудникам загружать и проходить учебные материалы step by step.

Так у нас появился e-learning. Такое обучение оказалось успешнее. Люди учились быстрее, продуктивнее. В компании появилось еще одно подразделение, digital division, который занимался дизайном всех этих курсов. Однажды мне предложили позицию лида дизайна электронных курсов. Я согласилась, и там уже началась моя работа над всем этим с digital-стороны.

«Нравится Наруто, обожаю Стального алхимика и многое из того японского, что любят во всем мире»

— Мне очень нравилось работать в этой компании, которая вливала много средств в формирование корпоративной атмосферы и давала возможности для роста. И вот на этом пике пришлось уходить.

Уходила я с тяжелым сердцем. Перед отъездом встречалась со своей начальницей. Она рассказала, что уходит через пару месяцев в декретный отпуск и хочет передать свою позицию мне. А я ей отвечаю, что через два месяца уезжаю учиться в Японию.

— Почему вы решили уехать в Японию?

— Я воспринимала это как вызов, связанный с моим желанием учить японский язык, понимать тексты японских песен. Мне очень нравится старый японский J-Rock, и вообще старая японская классика. В душе я ретро-человек. Хоть и молодая, но ретро-, с ностальгией о чем-то старом, чего я даже не видела вживую. Мне нравится Наруто, я обожаю Стального алхимика и многое из того японского, что любят во всем мире.

Но это не основная причина моего переезда. Основная — это звучание языка. Это может показаться странным, но если бы звучание японского мне не нравилось, я бы сюда даже не поехала.

Еще я смотрела много роликов на Youtube, снятых блогерами, которые живут в Японии. И все это для меня казалось такой сказочной культурой, которую надо осваивать. Вот надо, и все.

— У вас очень интересная мотивация к переезду в такую далекую страну. Помните, откуда взялась ваша любовь к японской культуре?

— В мое время в школе у нас многие вообще не особенно уважали анимешников. А я любила Jetix, любила Наруто, для меня это было что-то с чем-то. Любила Хеллсинг и старые культовые работы Хаяо Миядзаки. Как-то родители записали на кассету «Унесенные призраками», и там концовка была зажеванная, из-за чего я не могла ее досмотреть, что в детстве меня опечалило. И до сих пор все это ассоциируется у меня с чем-то ностальгическим, теплым и домашним.

«Город прекрасный, но выбор колледжа оказался большой ошибкой»

— Получается, первой вашей визой в Японии была студенческая. Как вы ее получили?

— Вначале ты выбираешь, в какую часть Японии хочешь поехать — Токио, Киото, Кобе, еще что-то. И выбираешь школу. Связываешься с ней, пишешь на e-mail: «Я хочу к вам поступать». Сезон поступления в Японии обычно приходится на весну. Документы нужно готовить за полгода, где-то в сентябре.

Если вы им подходите, они вам ответят: «Да, приезжайте, у нас есть такие доступные для вас варианты». Правда, сейчас это может быть сложнее. Какой-то ажиотаж, многие популярные школы переполнены.

Еще они пишут, какие документы нужно подготовить. Среди них должна быть выписка со счета. Если правильно помню, там должно быть не меньше $ 14 000, плюс должно быть видно движение, что на счет какие-то денежные средства регулярно поступали. Если у тебя есть какой-то спонсор — родители, муж или жена, можно подать и его документы, чтобы было видно, что он может в случае чего помочь тебе и прислать деньги. Некоторые школы проводят с тобой мини-собеседования, минут на 30. Рассказывают, что у них за курс, каким будет распорядок дня, какие есть возможности для тебя в будущем.

Отослал нужные документы и фотографии — и ждешь. Если все хорошо, тебе пришлют инвойс на оплату. У иностранных студентов оплату за первый год обычно сразу требуют полностью. После оплаты они подают документы в миграционку. Если твои документы проходят скрининг, тебе дают сертификат на въезд, который приходит буквально за месяц до начала учебного года. С этим сертификатом ты идешь подаваться на визу в посольство. Визу дают либо на год, либо на двухгодичный период обучения (в зависимости от рейтинга школы).

Я решила поехать в Кобе, город на юге, в регионе Кансай. Там поступила на факультет японского языка в местном колледже электроники. Город прекрасный, но вот выбор колледжа оказался большой ошибкой.

Обучение в колледже продолжается с 9 утра до 15.30 дня, и это ад. Потому что все это время ты обязательно должен находиться в колледже и учить язык. В классе из 25 человек примерно половина была китайцами, остальные — вьетнамцы, бангладешцы, непальцы и еще какой-то микс. Я приехала в Японию незадолго перед окончанием пандемии, и в моем классе вообще не было европейцев. Был один американец, но он очень быстро устал и улетел назад.

Европейцы и американцы очень быстро уезжают из таких колледжей. Они приезжают сюда, ходят в языковую школу, за которую заплатили большие деньги, получили благодаря этому визу и думают, что попали на курорт. А здесь с посещением очень строго. Если ты опоздал даже на пять минут, тебе засчитывают полноценный пропуск, который учитывается в конце года. Если твоя посещаемость составит меньше 85% (зависит от школы), визу тебе могут не продлить.

— Обучение в языковых школах дорогое?

— Довольно дорогое, и в последнее время заметно подорожало в иенах, которые сильно просели. Когда я училась в Кобе, я платила около 850 000 иен в год, а с учебниками и всякими дополнительными материалами выходило около миллиона. Сейчас за все нужно будет заплатить около 1 200 000 иен [$ 7600] в год.

— В стоимость обучения входит проживание?

— Часто студентов поддерживают с жильем только на год или даже на полгода. А если вы едете учиться в Токио, можете забыть об общежитии. Жилье вам сразу придется искать самостоятельно, школа никак с этим не помогает. И расходы на жилье будут большими.

В Кобе в этом отношении было хорошо. Первый год я жила в комфортном общежитии. Фактически это просторная квартира, где у нас с соседкой были отдельные комнаты, а из общего только туалет и ванная. После первого года колледж помог мне найти квартиру по доступной цене.

Спасительная подработка

— У вас была какая-то работа во время учебы?

— Компания, в которой я работала, просила меня остаться, я уехала, оставаясь на должности лида. Приходила домой уставшая после тяжелых занятий, в Минске в это время начинался рабочий день, и мне оттуда прилетало: «Давай созвонимся». Нужно что-то организовывать, проверять. И я поняла, что нет. Через месяц написала заявление.

Когда ты целый день проводишь в школе, а потом еще полдня работаешь по белорусской ставке — это неоправданная цена. Потому что суммы, которые мы получаем в Беларуси и суммы, которые нужны для жизни в Японии, очень разные. Живя в Японии, выгоднее подрабатывать в японской сервис-сфере, чем работать на руководящей должности в Беларуси. Что я и сделала.

Я нашла подработку в китайском ресторане в Кобе. Ресторан элитный, находится в престижном районе, японцы его обожают, посетителей очень много. Найти эту работу мне помогла пандемия: иностранцев, в том числе студентов, в Японии тогда было мало. Сейчас ситуация сильно изменилась.

— После завершения пандемии японцы уже не смотрят на вас как на какую-то иностранную экзотику?

— Вообще. После того, как я закончила языковые курсы, там же в Кобе я поступила на курсы веб-дизайна. И после них мне предложили работу в Токио.

В Токио уже вообще не важно, кто ты. Белое у тебя лицо, черное или какое-то другое. Здесь огромная скорость жизни, и важно только то, как ты себя ведешь. Соблюдаешь правила, не шумишь в поезде, кланяешься, где нужно. Если ты ведешь обычную жизнь сараримана ["служащий на окладе", от англ. salary man], все нормально, никто не обращает на тебя внимания.

— Насколько хорошо вы знали английский, когда летели в Японию?

— У меня был английский, который позволял пройти на рейс в аэропорту без проблем с регистрацией и решить бытовые вопросы. Но не более того. Сейчас он стал намного более уверенным.

— Во многих странах английский — это такая палочка-выручалочка, которая помогает как-то объясниться с местными, не зная их родного языка. В Японии это тоже работает?

— Токио более продвинутый, здесь много молодых людей, которые стремятся изучать английский и общаться с иностранцами. Но сначала я приехала в Кобе. И там, и в регионе Кансай в целом вам придется столкнуться и с указателями, которые не дублируются на английском, и с японцами, которые вообще не говорят по-английски. Там английский вообще не спасет.

— Обучение на факультете веб-дизайна все было на японском?

— Да. Из-за того, что я училась в Кобе, а не где-нибудь в Токио, все учителя говорили исключительно на японском. Никто на английском не смог бы ничего ответить, даже если захотел бы.

— И как вы все это тянули? Японский язык для европейцев ведь архисложный.

— Огромным плюсом для меня была подработка. Там я очень много разговаривала, потому что работала в холле в качестве сервис-стаффа. Мне приходилось выполнять много разной работы. Например, нужно было подробно рассказывать про каждое блюдо. В первый год это был ад. Мне дали наушник, через который командовали: вынести к такому-то столику это, а к тому столику то, у клиента за третьим столиком аллергия, поэтому из блюда нужно что-то вынуть. Было такое огромное количество информации, что устную речь я стала понимать очень быстро.

Чтобы научиться формировать предложения и речь на японском языке, тебе нужно 7−8 месяцев активной коммуникации. Для этого идеально подошла работа в ресторане, где у тебя безвыходная ситуация и ты обязан объяснить клиенту, за какое блюдо он заплатил.

У нас было утреннее и вечернее меню. И каждый сезон, раз в три месяца, меню менялось. Плюс десятки разных приборов, для каждого блюда свои. Приходят клиенты, которые тратят по 30 тысяч иен [около $ 200], не считая напитков (с напитками выходило и по $ 500, и по $ 1000 с человека). Сидят и смотрят на тебя: «А как это есть? Из чего состоит это блюдо?» И ты им объясняешь.

— Чаевые хотя бы нормальные оставляли?

— В Японии чаевые запрещены. Если ты что-то взял, тебе кто-то что-то передал, тебя, наверное, сразу не уволят. Но начальник будет с тобой разговаривать: «Почему ты взял? У нас так не принято».

«Ты просто не имеешь право грубо отзываться о коллеге, потому что „мы команда, мы семья“»

— Как к вам относились японцы на бытовом уровне? Клиенты нормально реагировали на ваши ошибки?

— С клиентами у меня были идеальные отношения. Помню двух женщин, которые спросили, почему я приехала в Японию, и я сказала, что люблю японские песни. Так совпало, что песни, которые мне нравятся, относятся к периоду их прайма. Мы очень увлеклись разговором. Они заплатили за еду и ушли из ресторана, но через полтора часа, когда ресторан закрылся на обеденный перерыв, вернулись, постучались и попросили передать коробку конфет для Ирины.

Были и другие моменты, когда мне давали чаевые, хотя это запрещено. Один клиент пожал мне руку и через рукопожатие засунул в нее 2000 иен [$ 13]. Но обычно такие моменты пресекаются коллегами.

С кем у меня были проблемы в отношениях — так это с некоторыми из коллег. Была у нас в коллективе студентка, на пару лет младше меня, которая училась на отельный бизнес и проходила в ресторане практику. Она делала мне разные подлянки. Могла поменять салфетки на сетах, которые должны быть строго определенной формы. Или подменить сухофрукты на блюдечках — один раз подсунула клиенту с аллергией орехи, которые он не мог есть.

Было несколько таких ситуаций, и каждый раз она делала вид, что не знает, о чем я говорю. Но я человек прямолинейный, и после истории с орехами высказала ей напрямую, что о ней думаю. После этого мы с ней друг друга просто игнорировали. Из-за нее мне было очень сложно работать в первые полгода.

— Причина была в том, что вы иностранка? Или с японкой она тоже так поступила бы?

— Нет, японки очень хорошо могут дать сдачи. А здесь она видела мое слабое место в коммуникации: я не могла даже грамотно сказать, что это она подошла к заказу и что-то там в нем специально поменяла.

А еще на это наложились особенности японского языка и японской коммуникации. Если вы напрямую кого-то обвиняете, для японцев это выглядит очень грубо.

Любая прямая конфронтация — и проблемой сразу становишься ты.

Ты просто не имеешь право грубо отзываться о коллеге, потому что «мы команда, мы семья». Даже если кто-то подменил сухофрукты, ты должен извиниться и сказать: «Сейчас я их поменяю». Принимаешь факт поражения и склоняешь голову, как верный самурай.

«Год я отучилась и поняла, что это не мое. Не могу я с этими детишками здесь сидеть»

— Окончательно на рельсы UX-дизайна вы перешли уже в Японии?

— Да. Активный переход к UX, к полноценной разработке у меня пошел уже здесь. И началось самое интересное. Потому что в Японии без японского опыта тебя будут воспринимать как человека с нулевым опытом, каким бы твой предыдущий опыт не был.

— Вы так повседневно обронили «мне предложили работу», когда рассказывали, как перебрались в Токио. На самом деле это было не так просто?

— О да. Чтобы понять, насколько все это непросто, давайте вернемся немного назад. После окончания языковой школы у меня закончилась студенческая виза. Было два пути: идти учиться и тратить на это огромные деньги, или пойти искать работу. К счастью, уровень языка позволял делать и то, и другое: я сдала на N2, это такой бизнес-уровень, второй после самого высокого N1.

Язык, оценки и посещаемость позволяли мне идти в университет. Но я подумала: «Какой университет? Это еще плюс четыре года. А работодатели смотрят и на опыт, и на возраст, плюс я иностранка. Выпущусь ближе к 30 годам и вообще ничего не найду!»

Поэтому решила поступить на годичные курсы веб-дизайна в этом же колледже. Тем более что мне нравится Figma, еще до поступления я смотрела много разных туториалов на Youtube. Сама начала писать, изучать HTML, CSS, потом докупила JavaScript, стала смотреть, как грамотно выстраивать сайты, как делать респонсив, как дизайн макета передается фронтэндеру.

Пошла на веб-дизайн, год отучилась. И у меня спросили, не хочу ли я пойти на второй год уже на промоушен-факультет. Но я сказала: «Нет, спасибо, буду искать работу».

Замечу, что обучение в Японии очень медленное, рассчитанное на японскую аудиторию. В Беларуси и в странах СНГ люди обучаются на большой скорости, стремятся быстрее выйти на практику, что-то освоить, проходят кучу каких-то курсов, получают какие-то скиллы. Прямо гонка среди людей.

В этом отношении японское образование — это чилл (но это не касается языковых курсов, о которых я рассказывала выше). Это капиталистическая система, ты заплатил деньги — и делаешь что хочешь.

В своей группе по веб-дизайну я была для всех одновременно интересной и неинтересной. Интересной — потому что я была единственной белой. Неинтересной — потому что меня интересовала учеба. Плюс на тот момент я уже была постарше: большинство студентов, которые пришли учиться, были детьми 19−20 лет. Родители заплатили деньги, они пришли, им выдали макбуки, дали красивенькие пособия, все удобное, шикарное, вылизанное. Это была просто какая-то пятизведочная школа, какие показывают в сериалах.

Здесь везде так, ведь обучение очень дорогое. Для людей из СНГ, которые учились в наших университетах, это выглядит очень большим контрастом. В моем университете тебе могли поставить 2 или 3 и отправить на пересдачу, даже если ты наизусть вызубрил все билеты. Просто потому, что преподавателю не понравилось твое лицо, или еще что-то.

В Японии другая крайность. Здесь, поскольку ты заплатил большие деньги, тебя все равно пропустят дальше. Знаешь ты предмет или не знаешь, сдал ты макет или не сдал — все равно дадут зеленый свет. В этом, на мой взгляд, большая проблема Японии. Здесь не принято конкурировать.

Год я отучилась и поняла, что это не мое. Не могу я с этими детишками здесь сидеть. То есть я их уважаю, прекрасно понимаю. Пока я делаю макет, они на макбуках играют в UNO Online. Класс, какая беззаботность! А у меня через год виза заканчивается. Что дальше делать, как ее продлевать?

Реалии, в которых мы живем, абсолютно разные. Думаю, с этим сталкиваются все люди, которые переезжают в другие страны. Визы, язык, какие-то бюрократические вещи, из-за которых ты смотришь на людей, которые живут вокруг, и думаешь: «А чего это они такие расслабленные?» А потому, что они живут в своей стране, и им вообще не нужно думать о таких вещах.